Человек против машины забирай подарок

(Продолжение. Начало в № 52)

«ПОМНИТЕ СЛУЧАЙ, КОГДА ДЕВУШКА С БАЛКОНА ПЯТОГО ЭТАЖА НА ПЛОЩАДИ ПОБЕДЫ ВЫПРЫГНУЛА? ТАМ БЫЛИ ЗАМЕШАНЫ КРУЛИКОВСКИЙ, КИРИЧЕНКО И ЕЩЕ ТРЕТИЙ ДИНАМОВЕЦ, НО Я ЕГО НЕ НАЗОВУ» 

— 66-68-й годы — беспрецедентный успех, киевское «Динамо» — трижды подряд чемпион Советского Союза: блестящая команда, талантливейшие, один лучше другого, футболисты... В 69-м году все идет к тому, что снова первенство СССР вы выиграете, и вдруг досадная ошибка в решающем матче со «Спартаком» — и все, серебро. Расстроились тогда сильно?

— Обидно было, и за Маслова особенно — это ж клюют тебя, на базу приезжают, премии недоплачивают... Накануне той игры Дед даже какого-то знахаря привел — не женьшень, а золотой корень выпить нам дали. Сил было, как у быков, но буквально из ничего гол москвича Осянина — и все... Какая-то череда досадных случайностей была: Вася Турянчик поскользнулся, потом Серега Круликовский, затем Сосна (Вадим Соснихин. — Д. Г.) упал... Ну, ливень тогда шел, и винить их нельзя: видно, шипы не перекрутили, потому... Давили, в общем, давили... Судья, кстати, нам помогал: я два раза штрафной бил...

— ...а мяч мокрый...

— Я знал, что Кавазашвили (он на цыгана похож был), как и Дасаев, не прыгучий вратарь, зато игру хорошо читал, на голеностоп смотрел — вот меня и высчитал. Две возможности со штрафного забить было, но бутсы мокрые, скользко — не получилось.

— Маслова сняли потом. Как?


Виктор Серебряников. «В 1969-м в Штатах ни в бардаки, никуда не ходил – в 29 лет объехал и повидал все, что можно»Виктор Серебряников. «В 1969-м в Штатах ни в бардаки, никуда не ходил – в 29 лет объехал и повидал все, что можно»

— Это пресса все... Мне не хочется, чтобы о покойном плохо говорили — он столько выиграл, золотой мужик! Ну, Дедушка тоже женщин любил, а кто их не любит?

— Это правда, что в Киеве у него девушка Клава была — в Федерации футбола работала?

— Все-то вы знаете! Да, была... Когда Деду 65 стукнуло, отметить это дело на базе в Конче-Заспе мы собрались, и папа приехал, подарок привез...

— Щербицкий?

— Да, но к нам не заходил — на улице поздравил и там же с Вик Санычем выпил, чтобы не видели. И так разговоров много хо­дило: «Динамо», мол, чуть ли не личная его команда, для него все... Ну, так оно и было — он действительно много для нас делал: сколько ЧП случалось — ни одного не посадили, понимаете?

Помните случай, когда девушка с балкона на площади Победы выпрыгнула? — там же игроки основного состава были замешаны. Я с ними в машине ехал — мы как раз в Москве победили, Дед расслабиться разрешил, сам тоже принял, но во время полета сидел и считал, сколько очков соперникам не хватит, действительно ли нас не догонят, а мы с ребятами в самолете квакнули, потом такси поймали и добавлять поехали. Я сыну из Москвы медведя игрушечного, рубашечки какие-то вез — у меня в ЦУМе, в отделе интуристовском, знакомая продавщица была, по блату вещи хорошие доставала. Едем мы, значит, с парнями, я с этими подарками, мимо дома моего проезжаем — и меня вдруг как петух клюнул: ну что, думаю, нет у меня дома коньяка, что ли? Взял и вышел, к семье пошел...

— ...а они дальше поехали...


В ноябре 1961-го чемпионат СССР впервые выиграла не московская команда: золото взяло киевское «Динамо». Больше всего матчей (29 из 30) в составе чемпионов провел в том сезоне Виктор СеребряниковВ ноябре 1961-го чемпионат СССР впервые выиграла не московская команда: золото взяло киевское «Динамо». Больше всего матчей (29 из 30) в составе чемпионов провел в том сезоне Виктор Серебряников

— Как я позже узнал, из этого такси вышли, в метро спустились и там с девушками познакомились — командированными, из Алма-Аты, то есть не командированными — учиться они приехали...

— По обмену студентами?

— Нет, на повышение квалификации, что-то вроде того. Ну, деньги у ребят есть, они мозги девчатам запарили, домой пригласили... Сережа Круликовский, Вася Кириченко, а третьего не назову (те двое его не сдали, но третий был). Девушка, которая выпрыгнула, в Сережу Круликовского влюбилась, но ему-то что — он свое дело сделал, а на кухне еще воины ждут... Она как увидела, что второй к ней заходит, разогналась — и с пятого этажа! Дурак все-таки Сережа: такая жена была бы!..

— С пятого этажа — и насмерть?

— Да, там же плиты — мокрое место осталось... Их сразу, всех троих, к Деду Лукьяну забрали — в СИЗО на Лукьяновку. Я на базу прихожу, ни о чем не догадываюсь, а Маслов стоит и на меня смотрит: он же не в курсе, кто третий был, — думал, что я. Потом как матом на меня попер и остановиться не может — он ведь переживает, у него основные игроки в переделку попали! Я: «Вик Саныч, что происходит?». — «Ты с ними не был?». — «С кем? С Круликовским и Кириченко? Ну да, с ними ехал, но возле дома своего вышел, а что случилось?». — «Они у Лукьяна, так и так». — «О-о-о, — я вздохнул, — дело серьезное». Он: «Да понимаю, но что делать-то?». Я так по-свойски посоветовал: «Вик Саныч, к Папе ступай. Больше никто не поможет — ни генералы, никто». — «Да мне неудобно...». — «Ну а что? Откажет так откажет».

Я его на машине подвез: «Ты иди, Вик Саныч, иди. Партбилет с собой?». Он побледнел: «А что говорить? С таким делом в ЦК идти — все равно что на виселицу». Я вслух рассуждать начал: «Вот взять бы да и спросить: «В тюрьмах у вас людей много? А у нас основных игроков не хватает», и это он взял и брякнул — представляете?

— И Щербицкий понял...

— Мне Костя Продан, его референт, потом рассказывал: дескать, так и сказал Папе! (Смеется). Щербицкий у Маслова спросил: «Вы на машине?». Он: «Нет, меня Виктор привез, Серебряников». — «Виктор... Ну пускай тогда на базу вас отвезет, а потом на Лукьяновку едет и ребят заберет».

— И вы поехали?

— Маслов вышел и сказал: «Витя, давай так: я машину ловлю — и на базу, а ты прямо туда: забирай их и ко мне привози».

Я примчался, в окошко дежурному постучал: так, мол, и так, фамилии назвал. Он: «Щас!», а парни уже с той стороны на выходе ждут. Вышли, коньячку им налил — они тоже ведь перепуганные... Спрашивают: «Витек, что будет?». Я: «Ничего, а вот если плохо сыграете, будет худо». К Деду их привез, думаю: что сейчас начнется? Два часа он их песочил — я даже время засек, столько энергии потерял! Всего я наслушался, а потом Маслов переодел их: «Бегать давайте» — не разобрал, что поддатые, и на базе оставил. Матч мы, разумеется, выиграли, но народ к этому сдержанно отнесся — разговоры по Киеву ходили, слухи: все-таки смерть...

«В КВАРТИРУ К МАСЛОВУ ЗАХОЖУ — ДЕД В ТРУСАХ СИДИТ, А РЯДОМ ТРИ ДЕВУШКИ. ДВЕ ИЗ АНСАМБЛЯ ВИРСКОГО И ОДНА ИЗ ХОРА ВЕРЕВКИ — ВСЕ В ТРУСИКАХ И БЮСТГАЛЬТЕРАХ» 

— Итак, 65-летие Маслова...

— ...весь бомонд собрался...

— ...его сын из Москвы приехал...

— Да, жена, Катя, дома осталась, а сын был. Выпили, посидели, потом танцы начались — в кинозале, где мы кино смотрели, стулья убрали, чтобы удобнее танцевать было. Я жене говорю: «Поехали». Сели в машину, кого-то еще с собой взяли — домой отправились, а Клава подвыпила, танцевать с сыном Деда пошла и всю мульку ему выложила!

— «Я с твоим отцом живу», — сообщила?

— Да-да, вы правильно поняли.

— А он все матери рассказал?

— Сел в поезд, в Москву поехал...

Я, помню, после очередного матча пришел, дома сижу, жду, когда жена заснет, — она же выпить мне не дает, а хочется! (Сме­ется). В это время звонок, а я уже на кровати прилег, жду, когда моя засопит. Не выдержал, встал... Жена: «Ты куда?». — «В туалет» (там у меня, как обычно бывает, под ванной спрятано было). Выпил немного, в спальню пошел — опять звонок. К телефону подходить не хотел, потому что болельщики часто звонили и такое после игры гнали...

— У многих же телефоны динамовцев были...

— Ну да, а тут трубку взял — сейчас, думаю, напихаю, какие в 12 ночи разговоры?! Слышу — Дед: «Виктор, не спишь?». — «Да что-то не спится, Вик Саныч». — «Подъ­ехать-то можешь?». — «Постараюсь». Жена тут как тут: «Кто звонит?». Я соврал: «А, никто. Болельщик», а сам прикидываю уже, как смыться. Подождал, пока заснет, под кроватью прополз, спортивный костюм натянул, ключи от гаража взял (гараж недалеко от дома был — на Госпитальной), в гараж пошел, машину вывел, замок повесил, закрыл, в машину сел и смотрю, как выезжать. Там два выезда было — можно так, можно эдак. Я выглянул: откуда моя бежать будет? Не бежит. Ну я машину завел и к Деду поехал. Он после матча не спал никогда: игрок — и тот заснуть не может, а тренеру на скамейке тяжелее вдвойне (представляю, болельщику каково)...


1964 год. Правый инсайд Виктор Серебряников немало сделал для победы киевского «Динамо» в Кубке СССР. В сборной это оценили…1964 год. Правый инсайд Виктор Серебряников немало сделал для победы киевского «Динамо» в Кубке СССР. В сборной это оценили…

В квартиру к нему захожу — Дед в трусах сидит, а рядом три девушки. Две из ансамбля танцевального...

— ...Вирского?

— Да, и одна из хора Веревки: все в трусиках и бюстгальтерах — жарко им, наверное, было... Я по дороге в гостиницу «Днепр» заехал, у знакомого швейцара две бутылки взял, а у Вик Саныча полный холодильник: еда, выпивка — все есть. «Вить­ка, — Дед говорит, — меня обидели». — «Как? — спрашиваю. — Эти три?». Стакан коньяка хлопнул — и сижу, храбрая моська. «Они мне сказали, что у нас в команде ни одного мужчины нет». Я смотрю на него и думаю: «Вот гад!» — и коньяк себе наливаю. Потом подмигнул: «Так, может, вы бы с ними прогуляться, Вик Саныч, сходили, а я тем временем выпью и на кушетке у вас в кухне вздремну?».

Квартира у него хорошая была, большая, в цековском доме напротив «Большевика»... Дед произнес: «Нет, пить ты больше не будешь. Какую-нибудь из троих себе выбери!», а они пьяненькие сидят... Я одну из них знал — посмотрел на нее и сказал: «Выбрал». В общем, изнасиловали меня — пришлось! (Смеется).

Ой, с этим Дедом... То он нас на базу за три дня до игры забирал... Семьи обижались: как так? — а он ворчал: «Как Соловьев, бегать за вами и ловить я не собираюсь — тут, со мной, сидеть будете, а когда не со мной вы — мне все докладывают. Кто? Вить, как ты их называешь? Агенты 007».

— Это правда, что жена Маслова била?

— Все время, и он ее боялся — не знаю, почему. Видно, в чем-то виноват перед ней был.

— Она же тоже спортсменка была, капитан сборной какой-то?


За свою карьеру Виктор Серебряников девять раз был в списках лучших футболистов СССРЗа свою карьеру Виктор Серебряников девять раз был в списках лучших футболистов СССР

— Сборной Советского Союза по хоккею с мячом.

— Здоровая?

— Конечно, потому и боялся он, чтоб не убила.

— Когда Маслов ушел, жалели?

— Очень. Я же его мысли знал: так, как он, никто не работал, никто этим не жил. Он ведь, когда Васильич и Базиль ушли, дубль, смену подготовил, новых ребят набрал, — и потом эти же люди его...

Помню, в самолете из Мексики как-то летели — выпили, разговорились, и он сказал: «Все, Витя, буду состав менять, и ты, если не получится, тоже на выход готовься». Я ответил: «Вик Саныч, меня сразу отпускай». Ну какая там уже игра: я из Чили с чемпионата мира приехал — полгода восстанавливался, физически истощен был, из Англии — то же самое. Не тот я стал, пол-игрока: то недодача, то недобежал чуть-чуть — везде по чуть-чуть, а в общем, ничего хорошего.

— Вы, между прочим, трижды в чемпионатах мира участвовали — редкий для футболиста, тем более советского, результат. Вы же и в Чили в 62-м были, и в Англии в 66-м, и в Мексике в 70-м, причем везде играли блестяще. В 66-м году матч за третье место с португальцами был странным образом сборной СССР проигран, потому что Хурцилава в безобидной ситуации двумя руками мяч взял...

— Поймал. «Случайно»...

— Мне между тем один из ваших партнеров по команде (фамилии называть не буду) сказал, что Хурцилава у соперника деньги якобы взял и таким образом их отработал...

— Да, это все знали. За нами постоянно представители компаний Puma и Adidas лазили: матч в бутсах Adidas отыграл — получи деньги. Самым хитрым спортсменом Армин Харри, немец-бегун, оказался, который на Олимпиаде в Токио стометровку выиграл, — один «тапочек» Adidas надел, второй — Puma. Те торговались, думали-гадали, в каких кроссовках чемпион выйдет, а он и то, и другое надел и у обеих фирм деньги взял (смеется).

— А вы Хурцилаве вопрос: «Что же ты натворил?» — задавали или нет?

— А какое я право имел? Посмотрел, все понял — и достаточно.

— И никто из ребят ничего не сказал?

— Нет. Ну, третье место упустили, но четвертое все-таки заняли, старший тренер Морозов доволен был — для Советского Союза результат хороший. Речь просто об очень крупной сумме шла.

— Сколько же вам дали?


Игроки сборной СССР Валерий Лобановский, Юрий Севидов, Анатолий Глухотко, Виктор Серебряников, Альберт Шестернев и Василий Данилов выходят на поле, 1963 годИгроки сборной СССР Валерий Лобановский, Юрий Севидов, Анатолий Глухотко, Виктор Серебряников, Альберт Шестернев и Василий Данилов выходят на поле, 1963 год

— За то, что проиграли?

— Нет, за четвертое место...

— Ничего мне не дали, Союз — ничего, а на машину я благодаря тому заработал, что в бутсах Puma играл.

«ИЗ-ЗА ТАКИХ Б... КАК ТЫ, — МАСЛОВ СКАЗАЛ, — У МЕНЯ СЕРДЦЕ КОГДА-НИБУДЬ ОСТАНОВИТСЯ!» 

— Договорные матчи в те годы в советском чемпионате бывали?

— 100 процентов.

— И это правда, что, когда в 66-м году «Нефтянику» очень очки нужны были, они киевским динамовцам мешок с деньгами привезли?

— Не мешок, но такое было. Мы на базе как раз находились, и вдруг дочь Ольги Трофимовны прибежала...

— Легендарной бабушки Оли, хозяйки базы...

— Да, а мы с ней нормально ладили, она на моих глазах выросла... «Витя, — говорит, — там ребята пришли, тебя зовут». Я спросил: «Какие ребята?». — «На машине приехали». Ну, я понял: раз на машине — люди серьезные, вышел — Толя Банишевский и Эдик Маркаров стоят...

— Им второе место нужно было?

— Да, и СКА (Ростов) на второе шел. Сели мы в машину, парни кулек с деньгами мне тычут. Я: «Что вы суете?». Они: «Витя, бери!». — «Пойду с ребятами переговорю!».

— Большой хоть кулек был?

— Увесистый.

— И сколько там было?

— 80 тысяч рублей.

— Новыми? Страшная сумма!

— Сумасшедшие по тем временам деньги!

— Коленки у вас не дрожали, когда такое богатство несли?


Чемпионы СССР Валерий Поркуян, Виктор Серебряников, Анатолий Пузач, Леонид Островский, Вадим Соснихин, Василий Турянчик, Федор Медвидь, Евгений Рудаков и Виталий Хмельницкий, 1967 годЧемпионы СССР Валерий Поркуян, Виктор Серебряников, Анатолий Пузач, Леонид Островский, Вадим Соснихин, Василий Турянчик, Федор Медвидь, Евгений Рудаков и Виталий Хмельницкий, 1967 год

— Нет, я спокоен был — думал только, как же своим сказать. Пришел, основной состав собрал... Кулек этот в центр стола поставил: «Вот такие дела, ребята. Нам очки не нужны, мы уже чемпионы, но если возьмем и в Киеве на глазах у наших болельщиков игру сдадим, будет нам плохо оттуда» (наверх показывает). В общем, весь расклад выложил: хотите — решайте, да или нет, потому что парни ответа ждут. Все молчат — что ответить, думают и все взять хотят — по глазам вижу...

— ...но боятся...

— ...а то. Я говорю: «Ну ладно, пошел» — и кулек забираю, а они тут же за него как схватились! (Смеется). «Не порвите, — сказал, — это же деньги!».

Я спросил: «Все за?». Бышовец поморщился: «Ну, знаете, это как-то...».

Быш в том году в лучшие бомбардиры чемпионата рвался, 16 голов забил, а в «Ди­намо» (Тбилиси) на первое место Датунашвили выходил — я с ним знаком был, парень хороший. В общем, конкурент у Бышовца серьезный был, но деньги мы взяли...

— И как же проигрывать договорились?

— 1:0, но что же вы думаете? Бышовец в первом тайме забивает!

— Молодец!..


В 1964 году киевское «Динамо» возглавил легендарный Виктор Маслов (третий слева вверху). «Я же его мысли знал: так, как он, никто не работал»В 1964 году киевское «Динамо» возглавил легендарный Виктор Маслов (третий слева вверху). «Я же его мысли знал: так, как он, никто не работал»

— В перерыве я как начал ему пихать, а Дед не понял: «Витя, ты че это на него? Он же забил!». — «Да пас не отдает вовремя, — я проворчал, — хапуга!». (Смеется). Второй тайм начался... «Женя, пропускай!» — Рудакову, вратарю нашему, говорю, а Женя ловит, и те все время мимо бьют! Ну, Дед увидел, что сдача уже полная идет, встал и ушел — в машину сел, вообще со стадиона уехал. В конце концов нам-таки забивать начали: 1:1, 1:2...

— Со счетом 1:2 проиграли?

— Ну да — деньги поделили, а Дедова доля-то у меня. Дома сижу и прикидываю, что делать: ехать к нему? Дай, думаю, подожду, пусть успокоится. Он быстро вообще отходил, и потом, ну что он против команды? Раз команда взяла, ничего не поделаешь...


«Как тренер Морозов, честно говоря, фуфляк. Футбол хорошо не понимал, и то, что мы на четвертое место в чемпионате мира выскочили, — чистый везун». 10 мая 1966 года, сборная СССР накануне чемпионата мира в Англии. Слева направо (сзади) главный тренер Николай Морозов, Эдуард Малофеев, Хуан Усаторре, Анзор Кавазашвили, Валентин Афонин, Лев Яшин, Альберт Шестернев, Георгий Сичинава, тренер Юрий Золотов, Михаил Месхи, Валерий Воронин и Анатолий Банишевский. Слева направо (спереди): Галимзян Хусаинов, Виктор Серебряников, Василий Данилов, Виктор Гетманов, Владимир Пономарев, Олег Копаев, Слава Метревели, Йожеф Сабо, Виктор Понедельник и Игорь Численко«Как тренер Морозов, честно говоря, фуфляк. Футбол хорошо не понимал, и то, что мы на четвертое место в чемпионате мира выскочили, — чистый везун». 10 мая 1966 года, сборная СССР накануне чемпионата мира в Англии. Слева направо (сзади) главный тренер Николай Морозов, Эдуард Малофеев, Хуан Усаторре, Анзор Кавазашвили, Валентин Афонин, Лев Яшин, Альберт Шестернев, Георгий Сичинава, тренер Юрий Золотов, Михаил Месхи, Валерий Воронин и Анатолий Банишевский. Слева направо (спереди): Галимзян Хусаинов, Виктор Серебряников, Василий Данилов, Виктор Гетманов, Владимир Пономарев, Олег Копаев, Слава Метревели, Йожеф Сабо, Виктор Понедельник и Игорь Численко

Тут звонок — Дед, и матом таким трехэтажным! Я голос немного изменил: «Молодой человек, вы куда звоните? За что вы меня ругаете?» — и трубку положил. Снова звонит, и опять мат: «Ты, б... я те дам «за что ругаете?»!». Я тогда: «Вик Саныч, к вам можно?». — «Срочно приезжай! И захвати чего-нибудь». Я повеселел: уже легче — заехал, выпить купил... Приезжаю — он на меня: «Падла ты! Что, сказать не мог?». — «Вик Саныч, ну а как тут скажешь? Я же знаю: вы ростовских тренировали, это ваши ребята, вы бы уперлись, а ко мне мои друзья пришли — Банишевский, Маркаров... Так получилось». Достаю его бабки, рядом с коньяком на стол кладу. Он: «Ну ладно, но в следующий раз говори, а то из-за таких б... как ты, у меня сердце когда-нибудь остановится!». Ну, правильно все сказал...

«ДОПИНГ РАЗ В ЖИЗНИ ПРИНИМАЛ — В ЧЕХОСЛОВАКИИ, И БОЛЬШЕ НИ-НИ» 

— Допинг вы когда-нибудь принимали?

— Раз в жизни.

— Значит, все-таки было?

— Да, но больше ни-ни. В составе сборной Советского Союза к чемпионату мира-66 я готовился — нас Морозов тогда тренировал, и по Южной Америке мы два раза в турне ездили. Я у него лучший запасной был: никак на поле попасть не мог, за сборную всего два матча сыграл, а так игр много было — коммерческих. 15 минут на поле побуду, 20, полтайма, тайм: весь матч — почти никогда. Приехал я в Москву и понимаю: к играм сборной еще не готов. Морозов ее, кстати, за границей держал, здесь не выступали. Его другом министр путей сообщения Бещев был, и он же «Аэрофлотом» руководил — Морозову он помогал, и кличка у того поэтому Блатной была.

— А тренер хороший был?

— Как тренер, честно говоря, фуф­ляк. Футбол хорошо не понимал, и то, что мы на четвертое место в чемпионате мира выскочили, — чистый везун. Каким он был? Ну, в самолет заходит — одет скромно, а только взлетели, галстук снимает, очки, беретик с помпончиком надевает — в общем, дядька...

— ...не отсюда...

— ...да, и все время поддатый был. На тренировку выходим — он мяч возле углового флажка ставит: дескать, я подам, а вы набегайте и бейте, но это ж его добить надо... Кто хочет, тот бежит, кто не хочет — нет... Ребята тоже часто поддатые ходили — видели, что тренер поддает, а им почему нельзя? Гуляли, по бардакам ездили...

— Веселая у вас, я вам скажу, команда была!..


Один из 334 матчей, сыгранных Виктором Серебряниковым за киевское «Динамо». «Почему Дед нас на базу за три дня до игры забирал? Чтобы за воротник не закладывали. Все, табу – нагрузки и никакого алкоголя»Один из 334 матчей, сыгранных Виктором Серебряниковым за киевское «Динамо». «Почему Дед нас на базу за три дня до игры забирал? Чтобы за воротник не закладывали. Все, табу – нагрузки и никакого алкоголя»

— Веселая, но когда на последний сбор отправились... Представляете, куда он нас возил — в Швейцарию! Я хоть страну эту посмотрел, да и другие тоже: оттуда мы во Францию играть ездили, в Бельгию, в Люксембург, а в Москве все уже шелес­теть начали: «Команду-то хоть по­кажи!». Пришлось Морозову нас показывать, и в Москву на матч с французами мы отправились.

Ну, я-то немало уже сыграл, в Бельгии гол забил — я понимаю, что на чемпионат мира поеду, а тут с французами сражаться, а они далеко не подарок... В общем, 2:0 первый тайм проигрываем, Витю Банникова на ворота поставили — он нашкодничал. Долго не играл, запасной все время да запасной, а надо ж наигрывать. Первый мяч пропустил, во второй раз вообще за защитником, который атаковал, побежал и ворота пустыми оставил: тот подал — и забили.

Ну, вратаря поменяли, Кавазашвили поставили, а я сначала выходить отказался. Морозов спросил: «Что у тебя?». Я скривился: «Живот болит». — «Съел что-то? Ну ладно, отдохнешь, Виктор». Я ведь и так на чемпионат еду, чего мне? — но не тут-то было! 2:0, и он как залетел: «Давай, выходи! Щас как в живот твой тебе дам!» (смеется).

Троих поменял, Эдика Маркарова выпустил — закрутилась игра, 3:2 мы победили. О сборной в Москве хорошо заговорили, тренер счастливый, довольный, а допинг в Чехословакии я принял. Их сборная — это же призеры чемпионата мира в Чили, второе место заняли. Морозов подошел: «Витя, или Масопуста нет, или тебя — съешь его!». Я: «Ну какой же из меня пес? Неужели я должен в него вцепиться? Я никогда так не играю, я атакующий полузащитник». Ну, у него же Блатной кличка, и я с ним на его блатном языке разговаривал, но Морозов настаивал: «Витя, надо!». Я сказал: «Хорошо», а сам думаю: «Ну я же его, Масопуста этого, не скушаю, объем работы у него колоссальный, он моего роста, крепыш такой, бандит...».

Перед игрой к доктору я пошел, попросил — и он мне таблетку дал. Вышли на поле, гимны играют, а я уже горю: рано принял, неправильно, — первый раз, потому и не знал, когда нужно, как действует и так далее. 3:1 мы выиграли — не дал я Масопусту дышать и еще из-под него атаковать умудрялся. Он злился, матом русским ругался, а я молчал. Потом уже, когда с поля мы уходили, со злости мне в лицо плюнул...


В 1966 году «Динамо» сделало золотой дубль: выиграло и чемпионат СССР, и Кубок СССР. После победы над московским «Торпедо» в финале Кубка Союза В 1966 году «Динамо» сделало золотой дубль: выиграло и чемпионат СССР, и Кубок СССР. После победы над московским «Торпедо» в финале Кубка Союза 

— Даже так?!

— Да. Я спокойно так вытер, а на банкете он подошел и при всех передо мной извинился: прости, мол, распсиховался — очень расстроился, что вы нас на трешку обставили.

«В БАРДАКЕ ЛЮБВИ НИКАКОЙ, УДОВОЛЬСТВИЯ НОЛЬ. ЛУЧШЕ ПО-ПРОСТОМУ: ВЗДРОЧИЛ — И ВСЕ...» 

— Ваши партнеры по команде рассказывали мне, что во времена Маслова ребята сильно пили, причем вместе с Масловым — он позволял. Действительно так и было?

— Нет, говорить, что все бухали, не надо, к тому же были те, кого тренер не брал: не умеешь — не подходи.

— А были те, кто не умел?

— Да, они втихаря дома пили или в ресторан шли, а у Деда своя компания была — мужики: как садились, бутылок 15 коньяка могли убрать!

— Ну, мужики — это кто? Он, вы, кто еще?

— Были у нас бойцы невидимого фронта (улыбается), человек шесть хороших, но я так вам скажу: Маслов очень много мог выпить...

— ...и при этом самообладания не терял?

— Знал, когда встать из-за стола нужно, воздухом подышать, кофеек попить — и снова начать, как будто и не пил. Я его в 69-м году в Штатах победил — ну, уже возраст у него не тот был, а мне только 29, еще мужик крепкий.

Подождите, сейчас еще кое-что интересное расскажу. Там кафе было, где мы питались, а хозяин его — прибалт, из Вильнюса, и он в Деда просто влюбился. Нормальный мужик, еще когда буржуазная эмиграция была, уехал. Он в баню нас пригласил — есть у них такие клубы здоровья. К клубу две бани относятся — одна с мокрым паром и вторая с сухим (там пар сероводородом слегка отдает — видимо, что-то добавляют: в Турции тоже так делают). Ну и бассейнчик был: прыгнул в него, а там водоворот, никакой массаж не нужен, вода так бурлит, что тело прямо от кос­тей отнимает! Сероводородная вода крайне полезна — в общем, отдыхать американцы умеют. Там же, в клубе, комнатки есть, кроватки: после работы пришел, отдохнул, покушал — и с вечера жизнь начинается...

— Здорово!


 Киевское «Динамо» в 1969 году первым из украинских клубов открыло Америку, где провело три матча против сильнейшей команды США «Калифорния Клипперс». Сергей Круликовский, Евгений Рудаков, Василий Турянчик, Виктор Серебряников и Юрий Ванкевич в Голливуде Киевское «Динамо» в 1969 году первым из украинских клубов открыло Америку, где провело три матча против сильнейшей команды США «Калифорния Клипперс». Сергей Круликовский, Евгений Рудаков, Василий Турянчик, Виктор Серебряников и Юрий Ванкевич в Голливуде

— Литовец у меня спросил: «Виктор (с ударением на «о». — Д. Г.), как тебе?». Я: «Плохо. В парную зашел — женщины вместе с мужчинами там сидят, ну а мне просто с такой дамой сидеть? Я вскочил — и в бассейн холодный!». (Смеется). Потом он нас в дорогое заведение «Топлесс» пригласил — там женщины обслуживали...

— ...топлесс...

— ...да, поэтому ни в бардаки, никуда я не ходил — в 29 лет объехал и повидал уже все, что можно. Раз в бардак пошел и прямо скажу: любви там никакой, удовольствия ноль. Лучше по-простому: вздрочил — и все...

— Такую народную любовь в Киеве и в любом другом городе Советского Союза имея, зачем куда-то ходить, правда?

— Да, согласен.

«ЩЕГОЛЬКОВ И ОСТРОВСКИЙ НА ВЫЕЗДЕ ВСЕГДА ВМЕСТЕ ЖИЛИ И ВСЕ ВРЕМЯ КВАСИЛИ» 

— К теме выпивки возвращаясь: ваши партнеры по команде мне говорили, что некоторые динамовцы даже на матчи подшофе приходили, Щегольков, например, пьяным играл — это правда?

— Их двое таких было — Володя Щегольков и Леша Островский, оба покойные: на выезде они всегда вместе жили и все время квасили. Ну, Леша, тот вообще...

— ...профессор был...

— ...бое-е-ец! Мы на финал Кубка СССР в 64-м в Москву отправились — с «Крыльями Советов» надо было играть, и вот на «Динамо» стоим и автобус ждет: одного игрока нет, а тогда без замен играли — 11, и все. Каждый переживает: ну как это, Островский отсутствует? Смотрю: генералы что-то Маслову шепчут — мол, езжайте, кого-то другого берите, ведь запасные есть, а Дед — он же упрямый! — ждет.

Мы в автобусе уже сидим, и сверху нам видно: из-за поворота сумка Adidas появляется и исчезает — представляете? — а нас такие высокопоставленные лица на финал провожают! Потом опять: появляется сумка, за ней Островский, причем кто кого нес — он ее или она его — непонятно.

Подходит он ближе — Дедушка, бедный, на него как набросится! Я из автобуса вылетел: «Вик Саныч, товарищи генералы! Обещаю: Кубок мы выиграем! Нас 11, к игре все готовы, а если не победим — головы с нас снимайте!». За Леху — и в автобус. Дед заходит: «Ты понимаешь, что сказал?». — «Ну а что делать было? Сказал... Что теперь, выгонят и казнят?».

Посадили нас в поезд, Маслов мне указание дал: «Витя, с утра Островского в баню, пообедаете — и спать». — «Понял». Я Леху в баню повел, банщику денег дал — что ж я еще и парить его буду? «На, — сказал, — котлету из него сделай!». Леха крепкий был, быстро отошел...

— Здоровые были ребята!..

— О да — от природы! После бани мы в ресторан «Берлин» пошли, пообедали, а потом в гостиницу его привел, закрыл и ключ забрал — он же бродячий дух. Правда, полстакана водки дал — чтобы спал...

— Это в день финала?

— Ну да, и он уснул, и что вы думаете? В финале Кох из Куйбышева на правом крае играл — хороший футболист, но Леха его «съел»: не было Коха, представляете?

— Нет, не представляю...

— 1:0 мы тогда выиграли, Каневский Витя забил — я как раз выскочил, подрезал ему, а те все время только защищались — куйбышевцы. Думали на фу-фу проскочить, по пенальти, что-то высчитывали — в общем, просчитались, а тогда все Политбюро на футболе было, и наших руководителей подкалывали: мол, как же так, хохлы кацапов обыграть не могут — мы все ждем, а они никак...

— Щегольков тоже в день матча принять мог?

— А он все время принимал — здоровый мужик был!

— Слушайте, я — вот честно говорю! — диву даюсь, как при таких нагрузках ребята могли на поле под мухой выходить и играть...

— Как Щегольков умер, вы знаете?

— Нет...

— На даче: загородный дом купил, детям в городе квартиру оставил... Рано ушел — вот вам и здоровье. Он его, здоровье это, угробил, съел, еле ходил. В молодости крепким был очень — вот и думал, что вечно таким будет. Сломался...

— Москвичи тоже пили?


С Дмитрием Гордоном. «Все-то вы знаете! Да, была у Деда в Киеве девушка Клава... В Федерации футбола работала...»С Дмитрием Гордоном. «Все-то вы знаете! Да, была у Деда в Киеве девушка Клава... В Федерации футбола работала...»

— Больше, чем мы. Почему Дед нас на базу за три дня до игры забирал?

— Чтобы за воротник не закладывали...

— Все, табу — нагрузки и никакого алкоголя!

«ЯШИН НЕ ПОТОМУ ПОДДАВАЛ, ЧТО ПЬЯНИЦА, — ВОДКОЙ ЯЗВУ ГЛУШИЛ» 

— Вы, знаю, с великим Яшиным дружили, а Лев Иваныч, по слухам, даже в перерыве матча мог выпить, причем только водку — это правда?

— Чтобы вы все правильно поняли, историю расскажу. Мы за сборную СССР выступали, и тут все сборники из московского «Динамо» в Южную Америку отправились — коммерческая была поездка. Первые две игры в Перу они завалили — ну, там играть умеют, и наши руководители их срочно усилить решили: из «Динамо» (Тбилиси) Славу Метревели и Мишу Месхи вызвали, из киевского «Динамо» — меня и Банникова, хотя зачем нужен был Банников, если там Яшин? Контракт ведь какой был? 50 тысяч рублей за игру, а если Яшин не играет, то 25.

— Ну, потому что на него шли...

— В Южной Америке он, как звезда какая-то был, как Бог! «Яшин» (с ударением на «и». — Д. Г.), и все, только бы за него подержаться! — тамошние фанаты никого, кроме него, не знали.

Прилетели мы, короче, при поселении у него спрашивают: «Лев Иваныч, с кем жить будешь?», а он в ответ: «С хохлом». — «Так хохлов много у нас — два человека». — «С Виктором». — «Так они оба Викторы!», и тогда Яшин сказал: «С тем, который Серебро» — это в Монтевидео было, в Уругвае.

К игре готовимся, а он из Москвы бутылок пять водки взял. Много Яшин не пил, я свидетель — вот по столечку (показывает) примет, и где-то часов через пять опять надо. Ни таблеток не употреблял, ничего — язву водкой глушил.

— Так его что-то мучило?

— Двенадцатиперстная кишка — он же не потому поддавал, что пьяница, а по-медицински, кто-то ему подсказал, и я об этом не знал. Ну, в номере посидели, телевизор посмотрели и спать легли, а проснулся я от рева какого-то — вскочил: «Что такое, Лева?». Смотрю, а он к стенке животом прижался и от боли ревет. Я тогда сообразил: «Что, Леваш, бензин закончился?». Он: «Да-а-а...».

Ну а мы когда-то из Южной Америки летели, в Монреале сели, и в это время хоккеисты из сборной заходят...

— ...а они в этом плане ребята могучие...

— Да, и штоф двухлитровый заносят — спирт медицинский. Цыганков Гена возле меня сел, красный: «Витя, ты спирт пьешь?». Я-то сам сибиряк, отец в Комсомольске-на-Амуре жил, а он из Хабаровска — где-то рядом. «О-о-о, земляк!» — полстакана налил...

— ...спирта?

— Да, я хлопнул — недаром же сибиряк все-таки, и вот случай с Яшиным. Я за спиртным собрался и вспомнил, что хоккеисты мне сказали: «Витя, в Южной Америке литр спирта в аптеке три доллара стоит». Я думал, врут...

— ...ну просто кто ж его еще, кроме русских, пить будет?

— Ну да, он там печально стоял, не покупали. Яшин спросил: «Витя, деньги хоть есть?». — «Есть!» — и я побежал. Надпись Farmacia поискал — нашел, три доллара дал, девушка мне с удовольствием двухлитровый штоф продала, Леве несу. Прихожу, а он на меня только смотрит — уже говорить не может...

— Водичкой разбавили...

— ...чуть-чуть, вот столечко, налил. «По­легчало?» — спросил. Он: «Что это?». Я: «Спирт медицинский». Еще налил. Яшин удивленно: «Пес поганый, ты где взял?», а я: «Это вы пес поганый, а я в аптеке купил — три доллара за литр. Вы сколько из Москвы водки везли — пять бутылок? И уже закончилась, а этого на всю поездку вам хватит». Он: «Откуда ты про него уз­нал?». — «Хоккеисты сказали». — «Вот мудак же я старый, водку тащил! И чего они мне шепнуть не могли?». С тех пор мы дружить начали...

(Окончание 
в следующем номере)


Источник: http://www.gordon.com.ua/tv/586e49b8e2abc/view_print/




Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]


Дарим подарки - Культура - О культуре на сайте ИЛЬ ДЕ БОТЭ Собаки это афоризмы

Человек против машины забирай подарок Виктор СЕРЕБРЯНИКОВ : «Сели мы в машину. - Дмитрий Гордон
Человек против машины забирай подарок OLX: Украинцы отдают предпочтение дешевым авто
Человек против машины забирай подарок Подарок - Pikabu
Человек против машины забирай подарок 120-05 ТК "Технологическая карта на устройство
Человек против машины забирай подарок ArtOfWar. Афганистан. Книга памяти Ленинградской области
Человек против машины забирай подарок Black Friday 2017 - Специальные предложения - m
Mercedes-Benz Википедия Вентиляция дома. Система вентиляции частного дома Выбираем зимнюю одежду для ребенка: как лучше согреть? Григорий Остер. Задачник по математике. Ненаглядное Звенящие кедры России: новости, фото, книги, цитаты Сайт Как пригласить друзей в Яндекс. Диск и получить 512Мб? Как сделать угловой диван своими руками и перетянуть его: чертежи Неисправности и их устранение volvo s40, s60, s/v/xc70, s80,xc90 Операция удаления зуба